17 августа издание Foreign Affairs написало, что китайская экономика приближается к переломному моменту: Пекин наращивает экспорт быстрее мировой торговли, при этом почти 30% промышленных предприятий работают в убыток. Компании продолжают увеличивать выпуск, снижая цены и даже уходя в отрицательную маржу, а местные власти поддерживают убыточные производства ради сохранения рабочих мест и налоговых поступлений. Это усиливает ценовую конкуренцию и создаёт риски для других стран. В качестве примера приводился автомобильный сектор: при внутреннем спросе около 12 млн машин в год мощности Китая позволяют выпускать до 25 млн автомобилей.
В чём суть?
Масштаб. На Китай уже приходится около 30% мирового промышленного производства, а к 2030 году доля может вырасти до 45%.
Экспорт опережает спрос. В 2025 году торговый профицит Китая достиг почти 1,2 трлн долларов — его рост оказался в три раза быстрее, чем рост мировой торговли товарами. То есть страна активно продаёт за рубеж, но мировой спрос не успевает поглощать эти объёмы.
Избыточные мощности и «инволюция». Компании наращивают выпуск, даже когда рентабельность падает. Они идут на снижение цен, работая в ноль или даже в убыток. В экономике это называют «инволюцией» — когда конкуренция становится настолько жёсткой, что компании вкладывают всё больше ресурсов, а отдача только уменьшается. Местные власти часто поддерживают убыточные предприятия (чтобы сохранить рабочие места и налоги), а госбанки рефинансируют проблемные долги. Значительная часть этого роста обеспечена государственными субсидиями. Яркий пример — автопром: мощности Китая позволяют выпускать около 25 млн автомобилей в год, тогда как внутренний спрос — примерно 12 млн.
Какие в этом риски для мирового сообщества?
- Давление на промышленность других стран. Дешёвый китайский экспорт вытесняет местных производителей. Например, ЕС ввёл повышенные пошлины на китайские электромобили. От этого страдают не только развитые экономики (США, Европа), но и развивающиеся страны Африки, Азии, Латинской Америки.
- Удар по странам-поставщикам сырья. Если китайский спрос резко упадёт (из-за замедления экономики или протекционистских барьеров), это ударит по экспортёрам сырья. Исторический пример: в 2012–2015 годах при замедлении китайских инвестиций цены на медь упали более чем на 40%, на нефть — более чем на 60%, на железную руду — более чем на 70%.
- Рост протекционизма. Чтобы защитить своих производителей, страны могут повышать торговые барьеры. Это ведёт к фрагментации мировой торговли — страны начинают ориентироваться на союзы с ближайшими партнёрами, что снижает общую эффективность глобальной экономики.
- Риск масштабного шока. Если «переломный момент» наступит (когда внешний спрос окончательно иссякнет, а торговые барьеры сделают экспорт невозможным), это может спровоцировать серьёзный спад в Китае и вызвать волну потрясений по всему миру.
Как пытаются решить проблему? Аналитики видят выход в постепенной перебалансировке экономики Китая: нужно активнее стимулировать внутреннее потребление, сокращать промышленные субсидии, укреплять социальную защиту. Власти КНР в новых планах (например, в пятилетнем на 2026–2030 годы) действительно делают акцент на поддержке внутреннего рынка. При этом китайские официальные лица часто отвергают панику, подчёркивая, что страна остаётся важным двигателем мировой экономики и кооперации.
В общем, это баланс: с одной стороны, китайский экспорт даёт миру дешёвые товары, с другой — дисбаланс создаёт системные риски. Главное сейчас — чтобы Китай смог плавно перейти к модели, где рост подпитывается в том числе внутренним спросом, а не только экспортом.
А что происходит с экономикой России?
12 августа Росстат опубликовал предварительную оценку: во втором квартале 2026 года ВВП вырос на 1,3% в годовом выражении. Министр экономического развития Максим Решетников 14 августа прокомментировал эти данные: он заявил, что экономика возвращается к росту, и связал это со слаженными действиями правительства и ЦБ. По его словам, драйвером стали не только бюджетные импульсы, но и оживление потребительского спроса, а последовательное снижение ключевой ставки помогло замедлить инфляцию.
Расширение режима свободной экономической зоны (СЭЗ). Режим, который действовал на отдельных приграничных территориях Брянской, Белгородской и Курской областей, распространили на всю территорию этих регионов. Ожидается, что это привлечёт более 200 млрд рублей инвестиций и создаст около 4 тысяч рабочих мест.
Ситуация на валютном рынке. В течение недели наблюдалась тенденция к ослаблению рубля. Аналитики связывали это в том числе с тем, что крупнейшие экспортёры сокращали продажи валюты — в июле их объёмы упали до минимальных за всю историю значений.
Изображение с сайта primelog.ru/
