Продолжаем серию интервью с современными писателями Северной столицы – «Литературный код Петербурга: магия слов. Разговор с автором» Это интервью – беседа с Сергеем Авиловым.
Сергей Юрьевич Авилов – современный петербургский писатель. Родился в Ленинграде. Учился в Российском государственном гидрометеорологическом университете на факультете океанологии. Член Союза писателей России. Его произведения: «Живое и Мёртвое» (2014) – дебютная книга, выпущенная издательством Союза писателей Санкт‑Петербурга; «В. Н. Л. (Вера. Надежда. Любовь)» (2016) – роман вошёл в лонг‑листы премий «Ясная Поляна» (номинация «Современная русская проза») и «Большая книга»; «Adelante, Гончар, adelante» (2018) – финалист Литературной премии имени Н. В. Гоголя (Союз писателей Санкт‑Петербурга); «Капибару любят все» (2022) – издан ИД «Городец» (серия «Ковчег»), вошёл в короткий список премии «Нацбест» 2022 года; «Мы были почти счастливы» (2026) – претендент литературной премии «Большая книга».
Т.Н. В Ваших романах много точных, поэтичных и красочных описаний природы, Севера, моря. Это связано с Вашей учебой на океанологическом факультете? Вы были в тех местах, которые описываете?
С.А. Это связано не только с учебой. Учеба заложила любовь к Северу, на втором курсе мы проходили практику на берегах Белого моря. Потом любовь пришлось культивировать и развивать. Вдвоем с сыном мы попутешествовали по Кольскому полуострову.
Т.Н. В рецензиях и статьях вас нередко называют «хирургом петербургской прозы» (см.: https://lgz.ru/article/khirurg-peterburgskoy-prozy/) – за точность, беспощадную честность и умение вскрывать глубокие пласты человеческой психики. Вы сами чувствуете это сходство с врачом, который не имеет права на ошибку? И какой «операционный инструмент» для вас главный – слово, сюжет или деталь?
С.А. Никакого сходства с врачом я не чувствую, я такой же человечишко, как и все остальные, просто иногда мне бывает интересно наблюдать за движением других персонажей жизни. Когда это делаешь почаще, выделяются стереотипы, которых не так уж много. Ну а дьявол, конечно, кроется в деталях… Чего уж там… Дайте самому распрекрасному герою одну маленькую и неприглядную деталь, и все запомнят именно ее, а не грандиозные движения огромной и светлой души героя.
Т.Н. Ваша проза не щадит читателя – она часто ставит его перед неудобными вопросами, не давая готовых ответов. На какого читателя вы рассчитываете? Что в первую очередь хотите донести до него – мысль, эмоцию или провокацию к размышлению?
С.А. Я ничего не хочу донести до читателя, читатель сам вовсе не дурак, чтобы до него что-то доносить. Я хочу поделиться с читателем своими переживаниями и трагедиями. Я хочу сказать ему: «Знаешь, приятель или подруга, а у меня было вот как! А у тебя было что-то подобное? И если подобное было, читателю обычно нравятся мои книжки».
Т.Н. В вашей прозе герои часто оказываются на изломе – в момент выбора между моралью и инстинктом, правдой и самообманом. Как вы находите таких персонажей? Они списаны с реальных людей или рождаются из наблюдений за обществом в целом?
С.А. Они не списаны. Они прожиты мной самим. В меньшей степени – моими знакомыми. Повторюсь – и в обществе, и в моем окружении десяток, не больше, стереотипов. Надо их просто «развидеть»…
Т.Н. Вы публиковались в старейшем журнале «Знамя», ваши книги вызывают дискуссии критиков. Как вы сами оцениваете свое место в современном литературном процессе? Вы ощущаете себя продолжателем петербургской традиции (Достоевский, Андреев, Довлатов)?
С.А. Я никогда не задумывался об этом. Тем более признать свое родство с Достоевским, как минимум, не скромно. Я ощущаю себя рабочим, который неплохо справляется с тем трудом, которым занимается… Хотелось бы выше? Конечно! Поживем – увидим!
Т.Н. Вы живете и работаете в Санкт-Петербурге. Ваши произведения часто связаны с Петербургом, но это не открыточный город, а пространство со сложной, иногда болезненной судьбой. Как вы определяете сегодняшний Петербург в своих текстах? Каково влияние города на Ваше творчество?
С.А. Я думаю, живи я в другом, менее поэтичном уголке страны, я писал бы такие же грустные книжки… Как житель Петербурга имею возможность селить моих героев здесь, и тем счастлив. Наверное, в Петербурге писать немного проще. И, к сожалению для некоторых, сложнее не писать.
Т.Н. Один из актуальнейших вопросов нашего времени связан с будущим литературы, художественного творчества, бумажной книги в эпоху цифровизации и искусственного интеллекта. Каким Вам представляется это будущее?
С.А. Я уверен, что из книжек, которые будет писать ИИ, не выйдет ничего путного… Самые хорошие книги те, где автор пишет поперек правил… Хороший пример из Довлатова: «Парафиновые ноги стюардессы!»… Ни один ИИ не создаст никогда такого образа. Цифровизиция? Да ну ее! Пока ведь любовь не цифровизировали? Или я отстал уже? Значит будет, о чем писать – а это главное! Лишь бы читали!
Т.Н. Сергей, благодарю Вас за интересные ответы!
Интервью вела: Татьяна Владимировна Нужная – ученый-литературовед, переводчик, доктор филологических наук, профессор кафедры философии и культурологии СПбГУП, доцент кафедры иностранных языков СПбГУ.
Фотография Сергея Авилова предоставлена им самим.
